— А может, у него нет доступа к Интернету? Ну, уехал куда-нибудь в глухую деревню, на похороны троюродной бабушки… — попыталась я утешить подругу. Но Катерина не нуждалась в утешении. Она уже пришла к твердому мнению относительно себя и своей судьбы. Откусив большой кусок пиццы, она убежденно заявила:

— Зря я вообще все это затеяла — знакомиться с мужчинами, пытаться стать такой, как все. Я думаю, что у меня венец безбрачия.

— Что?

— Венец безбрачия, ну, что-то вроде проклятия. Говорят, он бывает у тех, кто в прошлой жизни, наоборот, пускался во все тяжкие. Такое своеобразное наказание.

Я всегда знала, что в подобную мистическую чепуху можно заставить поверить лишь тех, кто сломлен духом. Счастливый человек ни за что в жизни не будет серьезно относиться к этой чуши. Ну а поскольку человечество почти сплошь состоит из несчастных людей, то неудивительно, что шарлатаны процветают.

— И вообще, мне кажется, что Артем решил вернуться к своей жене, — продолжила Катерина. — Ну еще бы — сравнил меня и ее и понял, что такая уродина ему не нужна.

— Так он еще и женат?! — Я чуть не подавилась креветкой. — И ты знала?!

— Он говорил, что они расстались, живут отдельно, но формально пока не разведены.

Так-так. Если мужчина в анонимной переписке признается девушке, что женат, то на самом деле это означает, что у него тридцатилетний стаж семейной жизни, пятеро детей, внук и теща, которая за давностью лет уже успела стать любимой. Все это я и высказала Катерине.

Подруга слегка улыбнулась. В течение следующего часа мы поглощали торт и смотрели великолепную игру Дорониной и Ефремова. Мне показалось, что Катерине удалось выйти из мрачного настроения. Но я ошиблась.