И вдруг у меня возникла идея: а не отправиться ли за нарядом в «Три толстяка»? Все-таки у них там сейчас скидки. Вдруг да что-нибудь будет мне по карману? Порывшись в сумке, я нашла купон на скидку, убедилась, что он все еще действует, и поехала в магазин.

Не успела я переступить порог магазина, как ко мне метнулись три продавщицы, все как на подбор невысокие и тощенькие. Я со своими габаритами моментально почувствовала себя слоном в посудной лавке. Это что, специально так задумано?

— Вам помочь? — наперебой защебетали девицы.

— Нет, спасибо, я пока посмотрю, — испугалась я.

Равнодушие и хамство советской торговли сегодня перешли в другую крайность — назойливость и беспардонность. Две продавщицы вернулись к обсуждению подробностей родов своей приятельницы, а третья двинулась за мной следом. Как только я проявляла интерес к какому-нибудь предмету гардероба, она принималась вещать у меня за спиной:

— Вискоза с лавсаном, сделано в Голландии, не линяет и не садится.

— Чистый хлопок, есть такие же брюки.

— Хлопок с лайкрой. Есть еще синего цвета и больших размеров.

Что она, собственно говоря, имеет в виду? Разве это вообще не магазин «больших размеров»? Или мой размер даже для этого заведения кажется слишком «большим»? Я повернулась к нахалке и твердо сказала:

— Спасибо. Я сама посмотрю.

Без видимого сожаления продавщица отошла от меня и присоединилась к своим товаркам. Я наконец-то почувствовала себя свободно и смогла разглядеть ценники. Матерь Божья! Вот за эту маечку из вискозы с лавсаном — восемьдесят девять долларов?! А эта прямая юбка, два шва, сзади разрез, даже без подкладки, стоит девяносто девять у.е.?! Причем все это с учетом скидки. Это у них шутка юмора такая? Сегодня что, первое апреля?