Осторожно, очень осторожно, Элфи расширил щель. Сердце гулко билось у него в груди, дыхание стало неровным. Теперь ему стал виден дальний конец комнаты. Кушетка, а на кушетку присела девочка с книгой в руках. Девочка лет одиннадцати, худенькая и грациозная. Комнату освещала только настольная лампа на тумбочке близ кушетки. Девочка была одна.

Элфи полез грубыми, непослушными пальцами в карман брюк, но нашарил лишь пустоту. Они забрали его нож.

Взгляд Элфи упал на столик около двери, и у него перехватило дыхание. Он лежал там среди книг, его собственный пружинный нож. Должно быть, брат оставил его здесь, и позабыл сказать Элфи.

Он потянулся за ножом...

- ЭЛФИ!

Элфи отпрянул, сжавшись в комок, и обернулся. Он увидел свою мать, которая возвышалась над ним, ростом вдвое выше него. Серые глаза смотрели гневно. Каждая черточка лица и фигуры так отчетлива, так реальна, что Элфи не мог отказать ей в существовании, хотя прекрасно помнил, как мать хоронили пятнадцать лет назад.

В руке она держала ивовую розгу.

- Нет! - выдохнул Элфи, прижимаясь спиной к стене. - Не надо... Я не собирался ничего делать.

Мать подняла розгу.

- Ты скверный, скверный, скверный! - Слова слетали с ее губ, как плевки. - В тебе сидит дьявол, но я выбью его из тебя!

- Не надо, ну пожалуйста... - прошептал Элфи. У него из глаз потекли слезы.

- Убирайся прочь от этой девочки, - сказала мать, приближаясь. Убирайся прочь и не смей никогда возвращаться. Ну, иди...

Элфи повернулся и побежал, громко всхлипывая.

В соседней комнате девочка продолжала читать, пока не услышала голос:

- Хорошо, Рита. Это все.

Она подняла взгляд.

- Все? Но я же ничего не делала.