То и дело он слышал слово, казавшееся ему почти знакомым, и это сбивало его с толку еще больше. Многие из надписей на стенах напоминали ему знакомые слова, но он все равно не мог разобрать их смысл. И куда бы он ни смотрел - везде были чудеса, ужасные чудеса. Они пищали, светились, жужжали, скрежетали и чирикали, их поверхности из незнакомых металлов сверкали в свете непонятных штук, которые он назвал бы молниями или сулящими недоброе сияниями в северном ночном небе, если бы рука какого-то бога не заключила их в грушевидные сосуды или трубки всех возможных форм и цветов.

А уж звуки...

Голоса, доносящиеся ниоткуда, объявляющие что-то, чего он не мог понять...

"Уж не попал ли я в то место, где Боги играют?"

И тут, не веря собственным ушам, он уловил отрывок фразы на латыни. Настоящей, правильной латыни.

- ...нет, это все, что я имел в виду. Вам надо только...

С облегчением, от которого чуть не заплакал, Люпус огляделся по сторонам и нашел говоривших. Темнокожий человек, явно родом из Африки - из Карфагена, наверное, или из Нубии... Нет, для Нубии кожа слишком светлая. Он разговаривал с невысоким, невыразительной внешности мужчиной в коричневых одеждах - на такого в Риме не обратили бы внимания.

Люпус поспешно пошел за ними следом, отчаянно нуждаясь хоть в ком-то, с кем мог бы поговорить в этом безумном месте. Следуя за ними, он вошел в комнату - большое, гулкое помещение, уставленное полками с прямоугольными штуками из пергамента и рядами... чего? Ящиков, перед которыми сидели мужчины и женщины и... разговаривали с этими ящиками - и ящики отвечали им, а на светящейся поверхности горели картинки или столбцы незнакомых слов.

Люпус с трудом унял дрожь и стал прикидывать, как бы ему подойти к этому темному человеку, который говорил на латыни гораздо лучше второго, коричневого Он совсем было решился уже подойти поближе, когда в помещение вошли еще двое мужчин и сразу же направились к темнокожему. Люпус спрятался за высокой полкой и, сдерживая нетерпение, принялся ждать, пока человек, говоривший на языке Люпуса, освободится.