– Можно, можно!.. – донеслось с кухни. – Валяй, Серега, не трать времени на болтовню. Семь бед – один ответ! Все равно тебе с твоими грехами Рая не видать как своих ушей, редактора стихи зажимают, серьезная поэзия в упадке, народ больше «чернуху» читает – ради чего жить? Иди сюда. Давай выпьем, а потом я тебе покажу, как петлю со скользящим узлом на гардины ладить.

Это меня добило. Я очень незлобивый и добропорядочный человек, но когда собственные галлюцинации перешагивают все границы и начинают над вами же издеваться…

– А не пошли бы вы оба?..

– Что?! – Они так удивились, что у белого захлопали ресницы, а у черного встал дыбом хвостик. Какое-то время мы втроем пристально разглядывали друг друга.

– Циля?

– Анцифер!

– Не важно, отбросим формальности… По-моему, он в нас не верит.

– Ничего удивительного, у человека большое горе…

– Ха! Да он первый мужчина в мире, считающий исчезновение собственной жены горем… Другой бы на его месте уже отплясывал румбу от счастья!

– Какой ты все-таки циник, Фармазон!

– Но ведь она же ведьма?!

– И что с того? Он ее муж, а как сказано в Писании: «Жена да спасется мужем своим…» Сергей Александрович, ну пройдемте же на кухню. Там у вас уютно, я, признаться, и чайничек успел поставить. Фармазон, выключи, слышишь – свистит?!

– Ну на фига ему чай? Циля, давай…

– Мое имя – Анцифер!!! – грозным, но тонким голосом взревел тот, что в белом, а нимб над его головой принял цвет раскаленного железа. – Я требую от тебя, нечистый дух, должного уважения и соблюдения элементарных норм вежливости!

– Ша! Ладно, ладно… не горячись! – примиряюще поднял руки вверх черный. – Что я такого сказал? Ну хорошо, я жутко извиняюсь… Все довольны? Просто мне тоже хочется помочь человеку, он же так и не выпускает из рук эту несчастную бутылку. А ну, поставь ее на стол!