- Послушайте, Дженет, я с большой симпатией отношусь к Ангусу Кёмбре, и, если не могу сказать того же про вас, то лишь потому, что вы дочь своего отца, о чем я искренне сожалею. Однако было бы несправедливо упрекать вас за происхождение. Это никак не зависело от вашей воли... А значит, вы непременно выйдете замуж за Ангуса, я беру это на себя.

- Но... папа... - полунедоверчиво, полувосхищенно пробормотала Дженет.

Иможен встала, взяла гостью за руку и, подведя к комоду, указала на фотографию в кожаной с металлическими заклепками рамке, с которой им улыбался ничем не примечательный мужчина в форме.

- Это портрет моего отца, капитана Мак-Картри...

Шотландка перевела взгляд на фавюру, вставленную в такую же рамку.

- ...а это - Роберт Брюс накануне битвы при Баннокберне. Так вот, при этих двух героях, ни разу не слышавших от меня ни слова лжи и до сих пор не ведавших разочарования (ибо я уверена, что никогда не обманывала их надежд), принимаю на себя обязательство соединить вас узами брака с Ангусом Кёмбре.

* * *

Дженет, ни жива ни мертва, прижалась к стене в холле, пытаясь угадать, что творится в гостиной. К несчастью, долетавшие из-за двери громовые раскаты не позволяли питать никаких иллюзий насчет приема, оказанного Лидбернами мисс Мак-Картри и Ивену Стоу.

Когда Дженет, открыв дверь на повелительный звонок Иможен, бросилась докладывать родителям, кто пришел к ним в гости, мясник чуть не выронил любимую пенковую трубку. Уже одно это привело его в бешенство.

- И чего же от нас хотят эти двое? - буркнул он.

- Я... я не знаю...

Кит смерил дочь подозрительным взглядом.

- Признайтесь-ка, Дженет, а это, случаем, не ваша очередная затея?

Девушка страшно перепугалась.

- Нет-нет!.. Уверяю вас, я не...

- Ладно, пускай идут сюда!