Похоже, что только сейчас король Рагнерд сообразил, что это было бы куда более правильное решение и пробормотал:

– А ведь ты прав, Морион. Хотя с другой стороны каждая унция королевского золота, это полный доспех из королевской стали для гордерийского воина, а они для меня, всё равно что родные дети, но я подумаю над твоими словами, ведь уже максимум через три дня Нейволд поймёт, в какое дерьмо он вляпался со своей жадностью и беспринципностью. Понимаешь, Морион, он ведь не сам до этого додумался. Просто нашим соседям очень хочется втравить нас в какую-нибудь войну накануне Дня поминовения усопших. Ты будешь смеяться, Морион, но вслед за старым Хонаром на старости лет тронулся умом ещё и король Ллардхольм, хотя эльды вроде бы способны до самой глубокой старости мыслить здраво. Ему почему-то взбрело в голову, что мы тут ездим на остроухих верхом! Хуже того, он намерен преподать нам хороший урок! Ты можешь поверить в такое, Морион? Вот и я не поверил сначала тому донесению, которое мне доставили сегодня утром, но дело обстоит именно так.

Эльды судя по всему готовятся к войне, так что с началом осени от них можно будет ждать всяческих неприятностей. Ну, ничего, у меня есть в запасе один трюк, который быстро приведёт старину Ллардхольма в чувство и к нему мигом вернётся рассудок. О, это будет просто замечательный подарок ко Дню красного листа для всех эльдов, Морион. Эльды будут в восторге от него.

Принц Морион внутренне содрогнулся от слов брата. Ему было прекрасно известно о том, что он недолюбливал эльдов, ведь что ни говори, а королю Рагнерду, когда он ещё был принцем, однажды пришлось почувствовать на себе, что такое эльдская стрела, пущенная из тяжелого лука. Только то, что в нём текла королевская кровь, спасло его от смерти и он ускакал от эльдов с двумя стрелами в груди и тремя в спине.