В канун Дня Конституции Российской Федерации в военный комиссариат ЧР прибыла последняя группа чеченской молодежи. Дальнейшую службу 55 юношей будут проходить в стрелковых ротах в районных комендатурах Чечни. Осенний набор прошел в республике организованно, без нарушений и происшествий. Работники военкомата отмечают, что чеченская молодежь пришла на призывные участки сознательно и добровольно. Как говорят сами призывники, они готовы принять присягу и приступить к несению службы.

Пресс-служба ОГВ(с).

* * *

«…В связи с трагическими событиями в театральном центре на Дубровке (м. „Норд-Ост“) рекомендуем команде № 9 сосредоточить все усилия на изучении феномена т. н. „шахидов“. Особое внимание советуем обратить на исследование социально-бытовой сферы, в части, касающейся т. н. „сестер“, или попросту – вдов полевых командиров. Советуем серьезно отнестись к данной проблеме, поскольку имеется тенденция к ее глобализации. Напоминаем, что основной ударной силой отряда Бараева, захватившего театральный центр, являлись именно „черные вдовы“ – смертницы…»

Полковник Иванов еще раз перечитал распоряжение и гнусно ухмыльнулся.

– Ну, энтомологи хреновы… Вывели, значит, новую разновидность: «черная вдова-смертница»! Гы-гы… Интересно, каким там местом ваши профессора Персиковы груши околачивают?

Иванов – товарищ жутко начитанный и несоразмерно для офицера контрразведки образованный. Разумеется, так величать террористок только за то, что они одеты в черное, сам бы он не стал.

Этак вот изуверски обозвать вдов чеченских полевых командиров мог только донельзя приподнятый над оперативной обстановкой товарищ. Товарищ, ко всему прочему, знакомый с горской тематикой лишь по красочным буклетам хиреющих турфирм Приэльбрусья.

– Гы-гы… – задумчиво повторил Иванов, уставившись на текст распоряжения.

Полковник, имевший феноменальную память, неслабо учился в школе и даже сейчас, спустя столько лет, мог процитировать примерное определение из зоологии: