Зоя восхищенно оглядывала сад. Подбегала то к каменному дереву, с любопытством тыкая в него пальцем, то к большому аисту, щупая его искусно сделанные крылья.

   "Да, - с гордостью подумал Базиль. - Наверняка ничего подобного у Зои на родине нет!"

   Пологим склоном спустились к морю. Берег здесь ни чем не застроен - это место специально сохранено, чтобы детвора в жару могла поплескаться в своё удовольствие. Что, как раз сейчас и происходит со страшной силой - визг, кутерьма, дядьки и няньки благородных отпрысков, от волнения подпрыгивающие на суше и увещевающие драгоценных своих подопечных к осторожности и сдержанности. Базиль отлично помнит с какой победоносносностью он в своё время наблюдал за проблемами "барчуков", рвущихся на части между увещеваниями пестунов и естественным зовом тела, жаждущего движения. Сам-то он купался, как простолюдинский ребёнок, и кроме собственной осторожности ничто его не оберегало. Кажется.

   Рассказал эту историю Зое. Повеселились. Она, оказывается, тоже любит поплавать, но сейчас не станет - у них принято купаться вообще без одежды, а здесь, как она слышала, это способно шокировать окружающих.

   Да, так и есть. В этой стране взрослые плавают одетыми, что удовольствие от пребывания в воде очень сильно уменьшает. Сегодня-то вряд ли они успеют, но завтра он добудет лодку и отвезёт её на пустынный берег. Ну, не так, чтобы совсем пустынный, но купаются там в трусах, только женщины ещё майку на себе оставляют или хитро завязанной шалью прикрывают грудь. То есть это считается неприличное место, но там бывают многие. А ещё есть благородный пляж за городской чертой с купальнями, где Базиль не бывал, но, рассказывают, что там с мостков по лесенкам опускаются в воду в нарядных платьях, специально для этого пошитых.