- Деньги, деньги, деньги, тугрики, - протянула Лена.

- С другой стороны - что, последние деньги? Не последние. Зато дуракам наука... Кстати, твой-то как?

- Я вижу, что ему тяжело. Такой удар.

- Ничего. Еще заработают. А не заработают - других найдем. А, подруга?

- Ну чего ты говоришь, - поморщилась Лена.

- А чего. Вон Инессу возьми. Ей вообще на все наплевать. Ей плевать, что Глушак злобой изошел. Для нее мужик - существо сугубо утилитарное. Как вол. Свое отслужил, перестал поле пахать - под нож.

- Ты скажешь...

- Сколько она уже мужей пережила? И один другого круче. И ей плевать, что у Глушака чердак сносит, что он как идиот по всему городу бегает и клянется найти того, кто его деньги стырил. Учись у этой шалавы.

- Я его вчера видела в китайском ресторане. Действительно, какой-то немного...

- Дурной. - Вика нагнулась и зачерпнула в ладонь воду. - Так это у него всегда было. Он же козел. Козел натуральный... Мой Казимирчик - тоже козел хороший. Но по сравнению с Глушаком - просто ангел. Вот тот козел. Всем козлам козел... Нет, все-таки по коктейлю.

Она жестом подозвала официанта и кинула ему:

- Толик, две "Афродиты". И соленый огурчик... Ну, чего вылупился? Шучу. Два коктейля...

Официант мягко и уважительно испарился, как умеют испаряться официанты в шикарных заведениях, чтобы потом так же уважительно возникнуть.

- Нет, ну ты скажи, Глушак не козел?

- Козел, - с чистым сердцем согласилась Лена.

- Грубая такая сволочь. Я вообще не знаю, как он деньги зарабатывает. И по виду, и по повадкам - чистейший снежный человек. Дикий, да. Питекантроп. Предок человека цивилизованного. Ты слышала, чтобы он с кем-нибудь по-человечески обошелся, слово доброе сказал? У него же все, как он говорит, "гниды", "уроды" и "падлы". Во, - она постучала по кафелю рядом со своим лежаком. - Откройте, стучат... Из-за чего они с благоверным твоим разлаялись?