«Да, — с гордостью подумал Базиль. — Наверняка ничего подобного у Зои на родине нет!»

Пологим склоном спустились к морю. Берег здесь ни чем не застроен — это место специально сохранено, чтобы детвора в жару могла поплескаться в своё удовольствие. Что, как раз сейчас и происходит со страшной силой — визг, кутерьма, дядьки и няньки благородных отпрысков, от волнения подпрыгивающие на суше и увещевающие драгоценных своих подопечных к осторожности и сдержанности. Базиль отлично помнит с какой победоносносностью он в своё время наблюдал за проблемами «барчуков», рвущихся на части между увещеваниями пестунов и естественным зовом тела, жаждущего движения. Сам-то он купался, как простолюдинский ребёнок, и кроме собственной осторожности ничто его не оберегало. Кажется.

Рассказал эту историю Зое. Повеселились. Она, оказывается, тоже любит поплавать, но сейчас не станет — у них принято купаться вообще без одежды, а здесь, как она слышала, это способно шокировать окружающих.

Да, так и есть. В этой стране взрослые плавают одетыми, что удовольствие от пребывания в воде очень сильно уменьшает. Сегодня-то вряд ли они успеют, но завтра он добудет лодку и отвезёт её на пустынный берег. Ну, не так, чтобы совсем пустынный, но купаются там в трусах, только женщины ещё майку на себе оставляют или хитро завязанной шалью прикрывают грудь. То есть это считается неприличное место, но там бывают многие. А ещё есть благородный пляж за городской чертой с купальнями, где Базиль не бывал, но, рассказывают, что там с мостков по лесенкам опускаются в воду в нарядных платьях, специально для этого пошитых.

Потом под кронами зонтичных деревьев вышли к пастбищным садам. Сейчас, в начале лета плоды на ветвях, в основном, незрелые, но шелковицы уже в самой поре. Попаслись маленько, перемазав руки тёмным соком. И на обзорную площадку. Показал острова, проливы, панораму портовой бухты и горделивый Храм Знаний — так именуют главную библиотеку страны. Туда и двинулись. Зоя долго изучала каталоги на букву «Ф», а потом сказала, что проголодалась. Базиль как раз успел заказать себе копии полудюжины важнейших справочников — раньше, для сына скромного писаря обладание этими сокровищами было несбыточной мечтой, а сейчас в качестве принца он легко смог оплатить труд и переписчиков, и переплётчиков.