Вот Тикси и решил полюбоваться.

- Идем на посадку, - объявил он по интеркому. Поскольку он был сам себе экипаж, то с готовностью ответил: - Есть, командор!

А бортовой когитр, объект неодушевленный, которому в общем-то все было до лампочки, все же полюбопытствовал:

- На кой это вам, Тикси?

- Скучно, - честно признался Амелинчук.

- Причина более чем уважительная, - съехидничал когитр. - Но к чему вам приключения в такой ответственный момент, Тикси?

Тот не нашелся что возразить. Он никогда не знал, зачем лезет очертя голову в авантюры.

- Ну, ежкин кот, - сказал когитр. - Зизезап им подавай...

И у Тикси возникло серьезное подозрение, что когитр имеет-таки представление о природе таинственного эффекта. Но откуда?.. На прямой вопрос Амелинчук почему-то не отважился.

Дфаанла, закутавшись в жемчужную шаль атмосферы, грела сверкающий бок под мягкой лампадой солнышка. От нее исходило тепло и благодушие.

"Марабу" спокойно, без сюрпризов погрузился в перламутровые волокна облаков и, подрагивая в восходящих потоках, устремился к поверхности, навстречу обещанным озерам чистой воды. Тикси, испытывая сильное волнение, как всегда бывало с ним перед очередным закидоном, зажмурился и снова заголосил свою варварскую песенку.

Когда же облачный слой был пронизан и на всех экранах внешнего обзора воссиял день, он открыл глаза и замер с открытым ртом.

Потому что ящеры Имиатазр не солгали: озера были многочисленны и прекрасны. Действительно, целая Страна Озер. Десятки, сотни озер. Правильных очертаний глубокие чаши, доверху полные яснейшей, кристальнейшей влаги. И, что самое замечательное, каждая чаша - своего цвета. Голубая соседствовала с пурпурной, бирюзовая с янтарной, молочно-белая с угольно-черной. А между ними - голое, гладкое пространство, лишенное не то что малейших выпуклостей, а даже и видимой растительности. То ли сплошная иссушенная дотла соляная корка, то ли мелкий, отборный, зернышко к зернышку, белый песок.