Как обычно, рыцарь Гавел с восторгом принял весть о приезде гостей и пообещал лично приветствовать участников турнира с верхней площадки башни. Ондей, согласно этикету, попросил разрешения встретить гостей на подступах к замку и милостиво такое разрешение получил. Один из слуг, Мар, проводил выходящего Ондея ненавидящим взглядом. При всей старости, глупости и невежеству слуги явственно понимали, что Ондей и есть истинный хозяин замка. Хозяин без роду и племени, даже родителей его никто не знал.

Посланцы князя из Вышеграда, соседи-бароны, посланцы епископа — все обращались по деловым вопросам к Ондею. Когда один из феодалов пожелал разговаривать только с равным, а времени терпеть его сумасбродства не было, Ондей просто сбил его наземь оплеухой. Поскольку феодал ни один, ни со всеми слугами, ни голыми руками, ни мечами не смогли причинить Ондею ни малейшего вреда, а тот разукрасил им физиономии и намял бока так, что дерзкие гости отлеживались в замке неделю, не смея появиться на людях, высокий статус Ондея как-то сам собой был признан.

Помогали и "разбойники". Одетые под ветхими рубахами в телесного цвета бронекостюмы, выдерживающие удар любого оружия средних веков, мастерски владеющие искусством боя любым предметом, использующие психостимуляторы мгновенного действия для обретения невероятной быстроты реакции, спецназовцы Института в немалой степени поддерживали старинную легенду о берсерках. Все знали, что разбойники не трогают жителей замка и принадлежащих рыцарю Гавелу деревень. Прочих же грабили беспощадно, иногда оставляя, буквально, в чем мать родила.

Однажды разбойники избили и раздели дюжину хорошо вооруженных дружинников князя. Сам князь не погнушался приехать в замок — вызвав предварительно провожатого из замка, естественно — и просил у Ондея вернуть хотя бы мечи дружинников. Ондей вернул. Так что считавшийся оруженосцем Гавела Ондей уже давно был принят соседями, как равный.