Но не в этом дело. В школе, конечно, всегда списать можно. А в жизни у кого списывать? Жора это понял и пошел скромно трудиться в сфере распределения. Чувствовал он к этому делу какое-то призвание. Вы не смейтесь, призвание во всяком деле не помешает. И в распределении тоже.

Да к тому же была там у Жоры рука.

И не одна.

В общем, стал этот Жора в столовке работать. Поваром. А иногда на раздаче стоял. И если Федя в тот день вдруг в ту самую столовку заходил, то Жора непременно ему самый лакомый кусочек клал. Знай, мол, наших, мы, мол, не жадные. Федя очень доволен был. Не часто ему перепадало.

Так вот, на Абсолюте этой каждый по потребностям получал, я уже говорил об этом. У Феди, например, потребности были маленькие. В отличие от способностей. А у Жоры наоборот. Так что все было по справедливости.

Так вот, однажды ночью Феде выспаться не удалось. Они там, на Абсолюте, тоже, знаете, по ночам спать любят. И Федя имел такую привычку а вот поди ж ты, не выспался. Выспись он той ночью, может, и писать не о чем было бы. Хотя, с другой стороны, мы-то с вами знаем, что в обществе объективные закономерности проявляются через случайные поступки отдельных субъектов. Людей там или абсолютийцев. Так что все то, что с Федей приключилось, рано или поздно так или иначе произошло бы. Ночей много. Инженеров и прочей интеллигенции пока тоже хватает. Выспись Федя в ту ночь - какой-нибудь Гриша через месяц не выспался бы. Чему быть, того не миновать, как учит нас прогрессивная общественная мысль. Все, конечно, произошло бы совсем не так, даже, может, совсем по-другому все произошло бы, но в итоге получилось бы то же самое, в этом я вас уверяю. Это как с пороховой бочкой: все равно ведь, чем ее поджечь - спичкой или факелом. Так шарахнет, что костей не соберешь.

Вот Федя и шарахнул.