У девушки хватило духа зажать себе рот прекрасной ручкой. Шесть секунд для этой операции и 87 секунд для вторичного превращения в Гекубу. Она мгновенно окаменела, и все 87 секунд он мог любоваться ее редкостным самообладанием и не менее редкостной формой ее руки.

Сторож пришел, прошел и ушел, поводя фонарем и бородой в таинственных сумерках музея.

— Господи! — вздохнула девушка. — Я-то думала, что я здесь одна!

— Так и было, — подтвердил он. — «Одинокими и нагими вступаем в изгнание… Меж ярких звезд, в золе былых желаний, затерянные… о, затерянные…»

— Томас Вулф, — определила она.

— Да, — вздохнул он. — Пошли поужинаем.

— Поужинаем? — девушка удивленно вскинула брови. — А где? Я принесла с собой армейские пайки — купила на дешевой распродаже.

— Сразу видно новенькую, — заметил Смит. — По-моему, сегодня в меню курица. За мной!

Они выбрались на лестницу через Китай эпохи Тан.

— Кое-кто мог бы сказать, что по ночам здесь промозгло, — начал Смит,

— но вы, я вижу, неплохо владеете дыханием.

— О да, — подтвердила она, — мой приятель был не просто увлечен дзен-буддизмом: его путь в Лхасу был гораздо круче! Он написал собственный вариант «Рамаяны», полный глубоких иллюзий и советов современному обществу.

— И как отозвалось современное общество?

— Увы! Общество о нем не узнало. Мои родители вручили Арту билет в Рим первым классом и несколько сот долларов туристскими чеками. С тех пор я ничего о нем не слышала… и потому решила удалиться от мира.

— Как видно, ваши родители чужды возвышенному?

— Да… Думаю, они его еще и припугнули. Смит кивнул.

— Такова награда гению в этом несовершенном мире! И я в меру своих сил тщился просветить его — но лишь хула была мне воздаянием.

— Правда?

— Увы! На обратном пути зайдем в современный период — я покажу своего «Павшего Ахиллеса». Тут раздался весьма неприязненный смешок.