- Спасибо за такой обстоятельный ответ, -- перебил писателя ведущий, -но нас сейчас больше интересует вот такой вопрос: а можно ли назвать литературой творчество Половина?

Ж ощутил ноющую боль в животе. Он криво улыбнулся и постарался спасти себя от конфуза:

- Я думаю, сейчас самое время сделать перерыв на рекламу. А после рекламы я отвечу на этот вопрос.

Hа негнущихся ногах он проскакал по сцене в сторону занавеса под очередной грохот аплодисментов. За занавесом стояла миловидная девушка -Ж вспомнил, что ее представляли, как помощника режиссера. Обращаться к ней с животрепещущим вопросом было неловко, но сдерживать себя становилось все сложней. Конфузясь, Ж выяснил у нее дорогу и убежал.

Когда же, радостный, он попытался вернуться на сцену, та же помощник режиссера решительно загородила ему дорогу.

- Мне надо туда, я еще не все рассказал, - попытался объясниться Ж.

- Спасибо, сюжет с Вами уже снят. Сейчас снимают совсем других людей.

- А как же я?

- А Вы посидите вон там. Можете даже закурить. После окончания съемки мы подарим Вам кассету с записью передачи.

- Подскажите... а когда это покажут?

- Вам не сказали? Это прямой эфир, -- Ж пробил холодный пот -- как же он опозорился перед страной. Теперь на его карьере можно ставить крест. В издательствах даже вахтеры будут смеяться, попытайся он сдать рукопись.

Пулей он летел домой, прижимая к груди кассету. Hе раздеваясь, воткнул ее в видик и перемотал на свое выступление. Вот он с глупым лицом идет на выход...

-... Вы видете, как реагируют на фамилию Половина лучшие из его коллег.

А сейчас -- сенсация. Hашим редакторам пришлось нелегко, но на сцену выходит дополнить черный образ нашего героя лечащий экстрасенс Половина, - - фамилия потонула в очередных аплодисментах.

Ж не находил себе места от стыда. В доме нашлась лишь бутылка коньяка. И Ж принялся заливать стыд этим благородным напитком прямо из горлышка. Когда в бутылке оставалось около трети, он смахнул с глаз пьяные слезы и позвонил Х.