А теперь, без вдохновения и без особого желания, он пытается надуть дочку Лоуренса. Он пытается прикрыть десять лет хитрости и лжи. Лоуренс создал и укрепил «Стратфорд шиппинг», потому что на самом деле деньги его нисколько не заботили. Лоуренс всегда рисковал. А что сделал Рэндольф с тех пор, как к нему перешло дело? Только держал в руках бразды правления и воровал.

К его изумлению, Джулия взяла ручку и не мешкая поставила свою подпись на всех документах, даже не потрудившись прочитать их. Ну что ж, у него есть небольшая передышка – она не станет задавать лишних вопросов.

Прости, Лоуренс. Это было как немая молитва. Жаль, что ты не знаешь всего.

– Через несколько дней, дядя Рэндольф, мы сядем с тобой и во всем разберемся. Думаю, этого хотел мой отец. Но я так устала. По-моему, пора идти домой.

– Да, позволь мне отвезти тебя, – немедленно отозвался Алекс. Он помог ей подняться.

Добрый хороший Алекс. Ну почему в сыне нет ни капли его порядочности? Весь мир мог бы ему принадлежать.

Рэндольф поспешно отворил двойные двери. К своему удивлению, он увидел сотрудника Британского музея, дожидавшегося окончания совещания. Досадно. Если бы знать об этом заранее, он бы вывел ее через другую дверь. Он терпеть не мог этого надутого мистера Хэнкока, который вел себя так, словно находки Лоуренса принадлежали музею и всему миру.

– Мисс Стратфорд, – приблизившись к Джулии, сказал Хэнкок. – Все решено. Первая демонстрация мумии состоится в вашем доме, как и хотел ваш отец. Естественно, мы сделаем опись всей коллекции и, как только вы пожелаете, перевезем ее в музей. Я думал, вы захотите, чтобы я лично заверил вас…