У каждого находилось теплое слово для графа Рутерфорда. Всем хотелось видеть графа Рутерфорда на свадьбе дочери, или на вечернем чаепитии, или на таком же, как этот, балу. И не важно, что Эллиот и его жена крайне редко принимали у себя в лондонских домах или в загородном поместье в Йоркшире – тем более что Эдит теперь вообще подолгу жила в Париже с овдовевшей сестрой. Семнадцатый граф Рутерфорд был редкой птицей. Его родословная – так или иначе – велась от самого Генриха VIII.

Почему он не разрушил все давным-давно, спрашивал себя Эллиот. И вообще, как он умудрился очаровать стольких людей, которые в лучшем случае вызывали у него лишь мимолетный интерес?

Нет, это не совсем так. Некоторых он на самом деле любил, хотелось ему в том признаваться или нет. Он любил своего старого друга Рэндольфа Стратфорда, он очень любил Лоуренса, брата Рэндольфа. Он очень любил Джулию Стратфорд, и ему нравилось смотреть, как она танцует с его сыном. Эллиот и пришел сюда только ради своего сына. Конечно же Джулия вовсе не собиралась выходить замуж за Алекса. Во всяком случае, не в ближайшее время. Но для Алекса этот брак был единственной надеждой получить деньги, позволявшие ему поддерживать обширные поместья, которые он в будущем унаследует, и благосостояние, которое должно сопутствовать древнему титулу.

Печально только одно – Алекс влюблен в Джулию. На – самом деле деньги не имеют никакого значения для них обоих. Прожекты и планы на будущее строило, как водится, только старшее поколение.

Эллиот перегнулся через позолоченные перила, вглядываясь в легкий ручеек вертевшихся в танце пар, и на мгновение заставил себя отключиться от гула голосов и вслушаться в сладкую мелодию вальса.

Но тут снова заговорил Рэндольф Стратфорд. Он уверял Эллиота, что на Джулию надо лишь оказать легкое давление. Стоит Лоуренсу замолвить словечко, его дочь тут же даст согласие.