— Итак, ваши предложения? — обратился к новоприбывшему Ретиф.

— Пойдемте, Ретиф, — сказал Маньян. — Отличный день для прогулки. Что вам сказать о первых впечатлениях? Красивый, но неразвитый мир, — Маньян зашагал вперед, поглядывая по сторонам на дальние лужайки с клумбами диких цветов. — Но впрочем, жаль, что этой восхитительной дикости недолго осталось пребывать в дикости.

— Вы упомянули о каких-то важных известиях, господин Маньян, — вежливо напомнил Ретиф.

— Ах, ну конечно. Вы, не сомневаюсь, знаете о том, что вот уже несколько месяцев я в качестве специалиста Корпуса прикомандирован к ГРОЗОС. В настоящий момент перед нами одна за другой встали несколько трудноразрешимых проблем. Короче, сложилась такая ситуация, что, если я в кратчайший срок не найду решения Базуранского вопроса, моей маме придется распрощаться с надеждами на мою карьеру…

— И ради этого сообщения вы поспешили на Делисию? — недоверчиво спросил Ретиф.

— Не превращайте все в шутку, Ретиф. Задача действительно сложная. Перед нами сейчас перспектива вымирания целой разумной расы. И знаете, из-за чего? Они едят поедом свою собственную планету! И хотя их обмен веществ таков, что допускает диету, состоящую только из необработанного металла и силикона, на всей планете не осталось больше ни одной неусвоенной молекулы! А связь с Делисией здесь, пусть и не самая прямая, но есть. Дело в том, что эта съеденная планета находится всего в одном парсеке расстояния отсюда.

— И эту расу вы все еще продолжаете называть разумной? — осведомился Ретиф.

— Ну не будем все сваливать на нее. Прецеденты уже были, — напомнил Маньян. — Вспомните-ка о судьбе континентальных китайцев на Земле шесть столетий назад? Кстати, я так и не пойму, почему континентальных китайцев называли красными китайцами? В моем подчинении работало несколько человек китайского происхождения, но — цвет их кожи был ближе скорее к желтоватому. Во всяком случае не красный.