Из здания блокпоста вышел высокий грек в легком пехотном наборе и придерживая на ходу кобуру с "Сильверстоном" направился к ним. Патрульный передал ему карту Анатолия.

— Господин Снежин?

— Собственной персоной, — Анатолий указал пальцем на Серого, — А этот господин со мной. Будьте так любезны, выпишете ему суточный пропуск.

Командир склонился к окну. От него несло дешевым одеколоном и казармой.

— Да, конечно, господин Снежин. Как вы представите своего попутчика?

— Колясенко Сергей Игоревич. Гость.

— О да… Проезжайте. На выезде получите суточную карту. Соблаговолите объяснить вашему другу до какого срока он должен покинуть турзону.

Анатолий принял карту из рук командира, и подмигнул Серому.

— Вот видишь. Теперь ты турист. Наслаждайся.

У входа в ресторан Серый опять замялся. Он сделал несколько глубоких затяжек, швырнул сигарету в урну, и пряча глаза пробормотал:

— Толяныч, ну нафига ты меня сюда приволок? — он выразительно похлопал по карманам и продолжил, — денег у меня на такие кабаки нет. Голяк, понимаешь?

Анатолий, сдерживая улыбку, сделал пригласительный жест.

— Не ссы. Все будет ништяк. Погуляем как люди, а денег хватает.

Серый оглянулся на припаркованный в VIP-зоне "BMW" и усмехнулся в ответ.

— Ну да, ты же крученый. Ну укатаешь корешка тогда.

За столиком Серый продолжил свой рассказ, начатый еще на строящейся набережной рабочего поселка. Он говорил и ел, говорил и ел, и Анатолий, слушавший вполуха, старался изо всех сил не смотреть на его жующий, давящийся рот, на капли соуса, стекающие по плохо выбритому подбородку. Сергей мял вилкой изысканные блюда, загребал все это широкими движениями и отправлял в рот, периодически запивая все это пивом из высокой кружки, а когда он говорил, то во все стороны летели брызги.

"Свинья… Как был свиньей, так и остался… Все-таки зря я его сюда пригласил".