Поэтому вспомни, где я грязь топтал, и все поймешь. Стекляшки лучше колоть – на фиг тебе неприятности на сытый желудок? Анастасию не обижай, хотя ее фиг обидишь. Она тебе пригодится, а если не захочешь – пристрой, как она попросит (кстати, я ее совсем не трахал... вот уже не трезвый, о, господи, хорошо-то как на душе после первого стакана! Короче, ты не подумай, я с ней не спал по причине побочных последствий своей пагубной страсти... Вот, блин не соображу, где кавычки закрывать. Я ее тут ) поставлю, а ты грамотный, отнеси куда надо. Ой, черный, жизнь какая поганая... И на фига я только родился... Всюжизнь ханку жрал... Счас третий стакан засосу, второй пролился, вот, готово, а ты со мной после второго стакана брезговал разговаривать... До сих пор твою морду презрительную помню свинья, пьянь болотная ты так меня называл? Говно ты черный и все из-за того, что папы-алкаша у тебя не было. И пошел ты на х...!

Да, это Сом... Я узнаю его в блюдечках-очках спасательных кругов. Точно также мы с ним расстались более двадцати лет назад. Сначала глазки пьяные стыдливо прятал, потом послал на три буквы. Сдается мне, что это рабыня Анастасия записку из мусорного ведра вынула, в целлофан запаяла и под стельку спрятала... Зачем? Чтобы другому алкашу не достаться? Ох, и влип я, чувствую! Рабыни и алмазы с насекомыми – это цветочки...

...Так, где же он у меня грязь топтал? При Соме мы третий штрек пятой штольни проходили... Значит, только в нем он мог найти трубку взрыва? В окрестностях Кумарха их много, правда, не совсем подходящего, не кимберлитового состава... Алмазы в них искали, но безрезультатно. И правильно, что безрезультатно – проба на алмазоносность должна быть весом не менее десяти, если не ста тонн. А денег на отбор такой пробы, естественно, не было. И в шлихах алмазов не видели, но кто их там искал? На алмазы шлихи совсем по-другому надо мыть, не то, что на тяжелую фракцию, на серый шлих. Да и лабораторные минералоги алмазов наверняка в глаза не видели. Хотя их ни с чем не спутаешь...