И все-таки есть открытие! Они посланы коллективом как представители.

Шли по улице Горького. День только что начался, по тротуарам лилась нескончаемая река пешеходов. Люди разговаривали о своем, улыбались, спешили. Только нашим героям было не до улыбок.

Против здания с телеантенной на крыше Виктор остановился:

- Надо вызвать Андрея Витальевича.

- Его же нельзя!

- А что делать? Срывать командировку?

В самом деле, что предпринять? В Москве ни одной знакомой души. Виктор, конечно, прав: никуда больше не ткнешься, кроме как к Андрею Витальевичу. Галина это понимает. И перед своими, на Волчьем, надо же отчитаться... "Волгину послать, - настаивал Дорошенко, - характер у нее твердый, настойчивая". Вот тебе и настойчивая... И как это разговор с министром обернулся на резкость? Галина ругает себя: надо быть сдержанней.

- Ну что, Галя? - Виктор смотрит ей в лицо. Все, что она говорила в кабинете министра, он одобрял. Даже любовался подругой. Потом уже, когда спустились на лифте, понял, что все сорвалось. И все же мог ли он упрекать Галину, если Галина единственная - и говорит, и ходит не так, как все?.. Виктор вздыхает. То, что Галина лучшая из всех девушек, несомненно. А вот с министром поговорить не сумели. Что скажут ребятам?.. Его тоже рекомендовал Дорошенко: "Буянов - трезвая голова, в трудных случаях найдет выход"...

Беспокоить Андрея Витальевича - не лучший выход. Это значит признать поражение. Но вернуться с пустыми руками было бы еще горше. Вот и Галина, кажется, поняла его.

Вместе они перебегают улицу...

Переговорная видеосвязи полна, народу. Табло на два этажа в главном зале переливается разноцветными квадратами и кружками.

"Тянь-Шань"... - ищут свою линию Галина и Виктор. Семнадцатое окно.

- Как подпишем телеграмму, - спрашивает Галина - срочная?

- Необходимая...