— Господи, напилась-то как, а? — не унималась Полина.

— Поля, ты не п-переживай так. Мы ж от-тмечали день рож-ждения Катькин, — я пыталась объяснить сложившуюся ситуацию, но язык почему-то не хотел меня слушаться и все время мешался. Наверное, от «Кровавой Мэри»…

Полина меня не слушала, а вертела головой, пытаясь развернуться на узкой дороге. И тут меня осенило…

— А ч-что это ты, собственно, приехала? — все-таки чем я перед ней виновата? Ну, выпила в компании друзей пару рюмочек… Так что ж теперь, меня на всю округу надо грязью поливать?

— Ираиду Сергеевну ограбили, — резко проронила Полина.

Голова начинала проясняться, но как-то медленно.

— Маму? А когда?

— Сегодня.

Я аж подскочила на сиденье и больно ударилась головой о крышу.

— Как сегодня? Кто? Зачем? — я подумала и решила, что вопрос «зачем?» лишний, но слова, как известно, не воробей…

Полина усмехнулась и посмотрела на меня.

— Ну, ты уже почти в порядке. Не знаю кто. Они с ее новым кавалером ходили в театр, а когда пришли, Ираида Сергеевна и обнаружила пропажу. Стала звонить тебе, но не дозвонилась, — на последних словах Полина сделала ударение и многозначительно посмотрела на меня, а я покраснела и потупила глазки, рассматривая с интересом обивку сиденья. — Потом она позвонила мне и попросила приехать вместе с тобой.

— А почему она позвонила тебе? — что-то никак не хотела помещаться в моей голове. — А не в милицию?

Полина выругалась, но начала объяснить.

— Потому что Георгий Овсянников — старший следователь УВД города Тарасова. Надеюсь, Жору-то ты помнишь?

— Твой муж.

— Бывший. А теперь выпей-ка успокоительного, а то, не дай Бог, чего случится с твоей головкой от избытка информации.

Одной рукой Полина вытащила полиэтиленовую бутылку из-под своего сиденья и положила ко мне на колени.