Ну, не возразишь. Вот и учим собак ходить и говорить… Есть самостоятельно они уже и сами умеют. Но трудно это все…

Уже в конце занятия собаченции внезапно начинают щетиниться, урчат и пятятся.

Странная реакция. Когда рядом зомби — Фрейя лает и прыгает на месте. И на Блондинку тоже так отреагировала. И до того — был уже морф, та же реакция. А тут попятились и дернули разом в дальний угол площадки. Аллюром три креста. (Не знаю, что это такое на самом деле, но звучит красиво — и, наверное, это значит 'очень-очень быстро').

Мы с Буршем тоже, не сговариваясь, начинаем отходить за собаками. Тяну с плеча ППС. Коллега оказывается только с пистолетом. Ничего не вижу сильно страшного. Но то, что мы оба вооружены не шибко, да к тому же я не в курсе как Бурш стреляет — не настраивает на боевой лад.

— Пойдем, глянем? — не очень уверенно спрашивает коллега.

— Не тянет. И одеты мы не толсто и вооружены слабовато.

— Это да… А что там? Так Фрейя уже реагировала?

— Нет, так не было ни разу. На морфов она лаяла.

Смотрим на собак. Из-за стоящего в углу площадки металлического короба, где хранится всякий нужный инвентарь, опасливо торчат два кожаных носа. Спрятались щенята.

— Что бы сделали персонажи в американском триллере? — спрашиваю я Бурша несколько нервно.

Он косо улыбается, отчего шрам на щеке шевелится как живой, потом отвечает: 'Они бы разделились и пошли посмотреть, что там за скелет танцует'.

— Значит, мы что должны сделать? — пятясь, спрашиваю я его.

— Брать щенят на руки и валить отсюда — причем быстро.

И мы выполняем намеченное действо с мужественной непреклонностью и стремительностью.