Пока же приходится под внимательным взглядом Енота проверить еще раз — все ли я с собой взял, всели в порядке и все ли исправно. Да, все в порядке — и автомат с пистолетом, и запасной пистолетик и боезапас для всего этого и фальшфайера и фляга с водой и медикаменты в сумке и все остальное, включая фонарик. На кой черт фонарик не знаю, но спутник как заправский старшина проверяет мою готовность досконально.

— Во второй раз я уже приготовился как должно, все нужное собрал. Да, машину с водителем нанял, до Питера ехать. И недорого. Сравнительно конечно недорого. Вроде как из-за того, что еще двое попутчиков со мной поехали. Слушаете? — неожиданно спросил здоровяк — водитель.

Ирка утвердительно кивнула, продолжая прикидывать — каково Витеньке придется зимой, а особенно через год — другой. Получалось весьма кисло и чувства она испытывала двойственные — некое злорадство и жалость. Угонять машину он уже не хотела. Меньше всего из-за приторного винца и этой дурацкой фуа-гры. Меньше всего. Просто некуда ее было угонять. Да и незачем. Биться за благосклонность невенчанного мужа может и стоило бы, будь они действительно единственными выжившими, ан выживших-то куда как больше. Кто-то и завалы на трассе расчистил и самолетами разведывал и вот — прет весьма мощная по нынешним временам колонна серьезной техники с серьезными дядьками…

— Я к сожалению поздновато сообразил с кем еду, они меня по голове ударили и стали душить. Удавка, знаете? Я из машины выскочить смог, но уже был не боец, после ударов ослаб, в глазах темнело. Запомнил только, что у одного из них — совсем мальчишки, школьника — была свернутая газетка. Вот он этой газеткой меня по голове и приложил. А в газетке вероятно была монтировка или кусок трубы. Мне здорово повезло — очнулся оттого, что мне кто-то уши трет. Я глаза открыл, никак не разгляжу, кто это. Потом с турдом сфокусировал — понял, что не зря меня по голове били, я спятил. Уши мне тер заправский японский ниндзя.