— Антон Сергеевич, не слишком ли? — Кузнецов осуждающе смотрит на Песчанина, — Мальцы ведь совсем, а мы их…

— Здесь нет мальцов, Виктор Михайлович. Нет и не может быть. Здесь русские моряки, а еще те, кому предстоит сойтись с противником лицом к лицу. Мне бы очень не хотелось, чтобы кто-нибудь из них дал слабину в самый ответственный момент, а для этого нужна банальная тренировка. Если найдутся такие, что не смогут переступить через себя, то спишем без сожаления. Нет, послужить они еще послужат, будут передавать свои знания в Артуре, но на палубе им делать нечего.

— Банг! — снова рявкает орудие посылая снаряд в уже полыхающую шхуну.

— Бабах! — вторит ей на палубе неподалеку от носового орудия.

Только что бросивший взрывпакет унтер тут же вооружается ведром, которое принес с собой и выплескивает его содержимое на орудийную обслугу. Антона самого передергивает от этого, но повторный кровавый душ с требухой парни переносят, хотя и не с восторгом, но уже более хладнокровно. Вслед за этим раздаются еще три взрыва один за одним на корме и в районе надстроек. Господи в какую же помойку превратился 'Росич'. Ничего, отдраят.

— Быхш-ш-ш, — взметается фонтан воды, обдавая моряков студеной морской водой. Ага, сработал еще один заряд в воде. Ох и пришлось же помучаться унтерам, устанавливая эти заряды, да еще стараясь сделать так, чтобы никто из ребят ничего не заметил.

Это была уже восьмая шхуна японских браконьеров, реквизированная рыскающей в этих водах своеобразной флотилией, в состав которой входят миноносец, матка 'Чукотка' и два парохода 'Чайка' и 'Баклан'. Команды японцев сейчас находятся на пароходах, под охраной ополченцев.

Несмотря на то, что в прошлом году команда 'Росича' неслабо потренировалась в стрельбе по конфискованным рыбацким шхунам, Песчанин решил, что новая практика будет совсем не лишней.