— Ты куда? — не удержавшись прыснула в кулачек Светлана.

— Слишком много дел на сегодня, так что извини.

— Ты меня не любишь, — звучало это не как вопрос, а утверждением.

— Что за глупости?

— Никакие это не глупости. Чуть свет, ты убегаешь из дома и не появляешься до самого вечера, а когда приходишь, то вечно хмурый и думаешь о чем-то о своем, — ну вот как ребенок, ей богу. Только что светилась счастьем, а вот губки надула.

— Прости, милая, но время сейчас очень тяжелое. Идет война. Сережа с Семеном застряли в Порт-Артуре и все взвалилось на меня.

— Так вызови их. Что им делать там, где они подвергаются опасности, там ведь идет война, — а вот теперь в тоне мелькнуло что-то такое, чего раньше не было. Это что же, девочка делает пробные шаги в области влияния на мужа. Интересно, но всему свое время и место.

— Света, давай договоримся раз и навсегда: ты никогда не будешь влезать в мои дела, какими бы они ни были. Никогда. Ты моя жена и тебя касается, только то, что относится к семье. Все. Остальное не твоего ума дело. И нее надо дуться. Вот такой я самодур, — ага, самодур, ничуть не бывало и здесь это вполне себе норма, не то что в его прошлом, или будущем, ну понятно в общем.

Все случилось шесть лет назад, когда трое друзей случайно встретились в уютном ресторанчике Владивостока. Продолжение банкета имело место в квартире Звонарева. Выпито было немало, рассказано тоже, в процессе разговора выяснилось, что Сергей Звонарев, друг и однокашник Песчанина, решил серьезно заняться паронормальными явлениями и даже якобы в черте города ему удалось обнаружить самую настоящую аномальную зону. Вот и отправились друзья все втроем на обследование этой самой зоны. Что и как там произошло доподлинно им так известно и не стало, а предположения Звонарева так и остались на уровне ничем не подтвержденных домыслов, но факт остается фактом. Загуляв в 1998 и направившись вечером на указанный Звонаревым пустырь, поутру они проснулись в 1898.