Если Лена, тяжко вздохнув, смирилась с этим, то Аня вообще не желала ничего понимать и откровенно разозлилась на Сергея, весь мир и Антона заодно. Что он мог с этим поделать? Понятно, что женщина, привычная к тому, что ее Сережа всегда дома и весь такой спокойный и домашний, сильно удивилась и не на шутку разволновалась, когда тот решил поиграть в солдатиков. Несмотря на появившуюся натянутость в отношениях, Антон все же был рад ее видеть.

– Антон, посмотри, что пишут в газетах. – Аня тут же выложила на стол газету. Судя по всему, предлагать им разделить завтрак было бы неразумным, поэтому он взял в руки листок с печатным текстом. Ага, сообщается о том, что связь с Порт-Артуром прервана, – что же, ожидаемая новость.

– Анечка, не волнуйся, – успев прочитать название статьи, напечатанное большими буквами, поспешила успокоить подругу – да-да, теперь подругу – Светлана. – Про папу тогда тоже бог весть что написали, но все это оказалось неправдой. Ведь все это неправда? – вопросительный взгляд на Антона.

– Боюсь, что на этот раз правда. – А чем это еще могло быть – он уже давно ожидал подобного сообщения, и произошло это несколько раньше, чем указывается в газете: цензура все же, – а вот когда скрывать это стало невозможно, тогда и дали добро.

– Ты можешь вывезти их оттуда? – Гаврилова вроде бы и смирилась с непоседой мужем, но, как видно, и она пришла сюда, испытывая нешуточную надежду. Черт! Ладно Гризли, Лена покрепче будет, опять же восстание «боксеров» как-то пережила, а как быть со Звонаревой? Она-то полагает своего Сереженьку чуть не плюшевым мишкой.

– Боюсь, что это не в моих силах. Они оба поступили на службу и до конца войны не смогут ее оставить.

– Но ведь они промышленники, предприниматели, не последние люди на Дальнем Востоке.

– И что с того?

– Но ведь может же быть для них хоть какое-то исключение.

– О каких исключениях ты говоришь, Анечка? Они призваны на службу, и в первую очередь добровольно пошли на этот шаг. Да даже если бы такое и было возможно, боюсь, что они не пойдут на это.