— Мы действительно добрые, — сообщил он девочке, доверчиво повисшей на его плече. — Правда, ребята? А кто добрым не будет хоть раз, тому я голову оторву, вот так-то. А ты, значит, Маин? Ну а меня Элландриэл звали когда-то. Давно, правда. А в последнюю тысячу лет зовут Вьехо, что значит старик, то есть рухлядь, если честно. Веди нас в дом, показывай, где тут что можно и чего нельзя. А вы, в-вояки С-света, не к ночи будь помянуты… чтоб запоминали все и исполняли неукоснительно!

Девочка заглянула в его глаза и хитро улыбнулась.

— Ну какой же ты старый? — сказала она уверенно. — Ты даже моложе моей мамы!

И с любопытством дернула его серебряный локон, выбивавшийся из-под шлема. Серебряный. А у людей говорили — седой.

Пещера оказалась вовсе не мрачной и даже не сырой. Обширная зала внутри горы была, для начала, отделана теплым деревом. И очаг имелся у стены, и простая деревянная мебель рядом. И сверху потоком падал свет. Командир поднял голову и уважительно кивнул. Да, хрустальные столбы-световоды, искусно вставленные в плоть горы, доставляли внутрь достаточно теплого дыхания солнца, чтоб под ногами росла зеленая трава! А в той траве — узенькие тропиночки. Хозяюшка натоптала, не иначе. И выглядело это настоящим чудом. Ох и непростое это место!

— Можете ходить по травке! — великодушно разрешила девочка. — Вы большие, вам места не хватит на тропинках. А травка хорошая, она потом снова нарастет!

— А это кто? — шепотом спросил старший следопыт, указывая на стену.

Командир пригляделся — и замер в восхищении. На темной от времени доске была с необычайным искусством изображена юная смеющаяся женщина. И потоки солнечного света над ней. И ветра, играющие складками светлого платья. И волнующиеся травы под ее ногами. И все это — одной лишь силой красок!

— Это моя мама! — сообщила девочка буднично и соскользнула с рук командира.