– Эй, Вань, мне тут один артефакт передали! - Юля вскочила ногами на скамейку и, маша руками, пригласила его спуститься.

Парень подошел к музыкантше и попытался с ней заговорить. Девушка, словно кукла, не двигаясь, сидела, впившись пальцами в клавиши баяна. Толпа тоже, будто загипнотизированная, зачарованно слушала звуки странного инструмента.

– Юля, что это значит? - шепнул он напарнице.

– А что? - не понимала она.

– Все в трансе.

Тутанхамон попытался прокричать несколько песен в толпу, которые не попадали в такт играемому на замшелом баяне.

– Что это значит, Тутен, где ты нашел эту лажу?

– Бастет в лесу подарила. Говорит, Баба Яга напрокат дала.

Они могли обсуждать что и как угодно, все равно, остальные кроме песен гипно-баяна ничего не слышали.

– Так, а почему на нас с тобой эти звуки не действуют?

Тутанхамон огляделся. У выхода из корпуса, впав в транс, уже толпились детишки из третьего отряда, народ у скамейки послушно напевал 'Во поле березка стояла', и только два человека могли адекватно воспринимать все вокруг - они с напарником.

– Ладно, спишем все на мои способности и твой браслет. А теперь приводим всех в себя и прячем баян в музыкальной комнате.

Парни кивнули друг другу, и Тутанхамон аккуратно взял Аню за руки и оторвал ее пальцы от нажатых клавиш. Сразу же музыка стихла, и все принялись аплодировать, а исполнительница, взявшись рукой за голову, причитала:

– Ой, как же я устала…

Аннушка взяла пару тональных аккордов. Исцарапанное исписанное белое пианино, с виду развалюха, издало красивые звуки, и дети начали петь. Коля солировал. Его, как заметила вожатая, 'божественный дискант' всех сводил с ума. Хор девочек подпевал ему. А двое вожатых играли в четыре руки. Аня в свое время была одной из лучших учениц рязанской музыкальной школы. Она мечтала поступить в Гнесинку, но не сложилось. Конкурс она не прошла, и поэтому училась в педагогическом. А каждое лето ездила в 'Березку'. Тут она не только работала по специальности, но и давала волю своей фантазии и проводила музыкальные мероприятия.