– А нам, собственно, местное население не нужно, – ответил профессор. – Мы ищем предметы культа… Старые, а еще лучше – старинные и древние.

– Так вы, наверное, алтарь ищете! – подскочила Юлька. – Ну тот, на Маям-Рафе, – она осеклась, заметив, что этнографы смотрят на нее с неприятным вниманием. Застеснявшись, она беспомощно взглянула на Сергея и поразилась его рассерженному лицу. «Ну чего я такого сказала?» – подумала она, отодвигаясь от костра в темноту. Сергей отвернулся от нее и напряженно уставился на неподвижного здоровяка.

– Какая догадливая девочка, – сладко улыбнулся профессор. – Именно алтарь, именно на Маям-Рафе!

– Очень, очень древнее сооружение, – с воодушевлением подхватил студент, не обращая внимания на хмурые взгляды профессора. – Есть гипотеза, что это остатки древнего, истинного культа медведя, который потом тысячелетиями пародировали местные жители… или хранили, спасая остатки знания.

– Опять медведи, – раздраженно заметила Таисия Михайловна. Но молодой этнограф явно сел на любимого конька и остановиться теперь не мог.

– Проблема медведя серьезнее и шире, чем может показаться на первый взгляд! – запальчиво ответил он. Профессор толкнул его коленом, но студента уже несло. – Знаете, культ медведя сейчас интересует всех этнографов. Недавно лингвисты наконец нашли древний корень, означающий изначальное имя медведя, и… – он перехватил взгляд профессора и поспешно сказал: – Впрочем, неспециалистам это будет скучно.

Юлька перестала слушать. Она вдруг обнаружила себя рядом с Сергеем: их колени соприкасались, и Юлька, вертясь и ерзая, то и дело задевала макушкой его щеку. Обмирая, она придвинулась чуть ближе, задела его ладонь…

– Неудобно? – заботливо повернулся к ней геолог. – Пересаживайся, здесь ровнее.

Он встал и тихо шепнул что-то Дмитрию. Машинально передвинувшись на нагретое Сергеем место, Юлька оглушенно смотрела, как он с начальником уходит в темноту. Очнувшись, она вскочила и побежала в палатку, из последних сил сдерживая слезы разочарования.