Второе. В деле замешан некий осведомитель, он же доносчик, он же стукач, а также дятел, шпик и барабанщик. Эти и многие другие названия для внештатных сотрудников полиции благополучно перекочевали в некогда рафинированное эсперанто из уголовных жаргонов разных земных этносов… Впрочем, перипетии языковой эволюции меня волнуют куда меньше, чем кое-какие нехорошие догадки относительно этого осведомителя. Прежде всего, то обстоятельство, что он ЗНАЕТ меня. По крайней мере — видел, иначе откуда ему известен мой цвет волос? И еще этот осведомитель был заинтересован не только в убийстве Германа Ли, но и в перекладывании вины на меня. И кто, интересно, это может быть?
Третье. Из первых двух пунктов следует, что Герман пал жертвой заговора, преследующего цель нейтрализовать не только моего информатора, но и меня в придачу. Один слишком много знал, другой хочет знать слишком много и, что немаловажно, поделиться этим знанием хотя бы с аудиторией «Небулы». Обещанная Германом Ли «нехилая сенсация» могла задеть интересы каких-то влиятельных людей — хоть во власти, хоть в преступном мире. Причем, задеть настолько, что скандал двухлетней давности показался бы потасовкой дошколят. Осознав сие, влиятельные люди приняли соответствующее решение, а остальное было делом техники. И денег, коих судя по всему, влиятельные люди не жалели.
Четвертое и последнее. Все эти размышления, конечно, небезынтересны, но в решении главной задачи — доказательстве моей невиновности, они бесполезнее застольной болтовни. Потому, что заказчиков подобных преступлений, что называется, за руку не ухватишь, а что касается исполнителей… Найти таких людей на Нэфусе легко только заказчику. Широкий выбор и жесткая конкуренция. А вот виновников конкретного преступления искать не легче, чем пылинку в космосе.