Весь этот вечер и часть ночи – до 1.30 уже 20 марта – изобретатель лично подсоединял автоматическое устройство запуска и проверял его готовность.

К этому времени Дастин, Сэндерс и пилот вертолета Бивенс остались единственными людьми на острове. После завтрака всухомятку и последней проверки каждый из них был готов исполнить свою часть задачи.

Согласно расчетам, Луна должна была пересечь земную орбиту в 18 часов 53 минуты 13 секунд по среднему стандартному времени. Поэтому время запуска назначили на 14 часов 32 минуты 22 секунды, то есть около половины третьего.

Ровно в 2.20 Бивенс запустил вертолетный пропеллер и, поднявшись над краем кратера, взял курс на северо-запад, к точке экватора в 97,2 градуса западной долготы, которая была признана самой удобной для наблюдений. Туда еще прошлым вечером улетели ученые на «Гавайях». Для мощного вертолета это составляло меньше сорока минут полета.

Лопасти винта со свистом разрезали воздух. Тед то и дело поглядывал на хронометр. В 2.30 он поспешно достал из футляра бинокль, открыл шторы иллюминатора и направил окуляры в сторону Большой Дафны.

– Ты же все равно не разглядишь отсюда остров, – заметил Роджер.

– Пожалуй, что так. Мы отдалились от него на добрых две с половиной сотни миль и еще не поднялись достаточно высоко, чтобы остров оказался в пределах видимости.

– Что же ты тогда ожидаешь увидеть?

– Может быть, какие-нибудь признаки взрыва. Погляди-ка сам.

Роджер направил свой бинокль в ту же сторону, а Тед повернулся к Бивенсу.

– В два тридцать пять пустишь дымовой хвост, – приказал он. – Следи за воздушными колебаниями. Очень может быть, что нас ждет хорошенькая встряска.

– Есть, сэр!

В 2.32 Тед и Роджер затаили дыхание и, не сводя биноклей с архипелага, напряженно прислушивались к тиканью хронометра, который отсчитывал секунды.