Воздух сотрясло содержание полного словаря хейтерской лексики. Я не стала поддерживать Ангмарскую – сама виновата. Во-первых, в том, что мы раньше времени вернулись с каникул (если бы наша сладкая хейтерская парочка не переругалась в хлам, мы прибыли бы впритык ко дню начала занятий, и получили бы легкий втык, а не неделю «пыльного помещения»). Во-вторых, в том, что Талька вообще живет с нами... Кто с приставленной ко мне шпионкой-телохранительницей подружился до неприличной степени? Кто на поводу у моей второй личности бегал? Эх, да что теперь вспоминать – о Мире можно только хорошо или ничего (лучше ничего, а то вдруг опять приснится), а я и сама испортила все, что можно было и чего нельзя... Но признаваться в этом не собираюсь.

Когда буря угомонилась (я подчеркнуто не вмешивалась, и даже не смотрела – не мои проблемы), Сулмор почти спокойным тоном уточнила, сколько осталось времени до выхода. Оказалось – вполне хватает на еще один скандал. Но принцесса его устраивать почему-то не стала – предполагаю, что слова закончились... Поэтому хейтерша, бурча под нос что-то касательно персонализации вселенской несправедливости, поползла по комнате. По направлению к моему стулу, на котором возвышался небоскреб из одежды. Преимущественно чужой. Как выяснилось в процессе нашего тройного совместного проживания в одной комнате, Тайли на порядок смотрит так же, как и я – а именно, как на главное препятствие в нормальной жизни. И границ измерений, делающих из нашей комнаты психоделичную фантазию, не видит в упор. Сулмор заразилась этой же слепотой в первый же месяц после переезда к нам Совершенного Зла (дипломная работа Кирстенских воспитанниц, получившая право на нормальную жизнь милостью лично Вечной). Так что мы уже давно живем в таком бардаке, что вроде бы и мне впору завопить: «Я за Хаос, но не за такой!», но я этого не делаю, потому что мне, как ни странно, так больше нравится.