После полудня он выбрался на окружавший замок высокий вал с укрепленным каменными плитами гребнем. Влажная и густая, словно шерсть зверя, стена джунглей со всех сторон окружала донжон. Оба солнца сливались в зените в единое голубовато-белое слегка вытянутое гало, и его отражение пылало на поверхности зеленых речных вод. Почувствовав, как запершило в горле, Ахаб проследил взглядом контур противоположного берега реки. Воздух дрожал от давящей жары, и силуэты склонившихся над водой гигантских деревьев, почти касавшихся ветвями водной поверхности, казались нечеткими. Далеко на западе группа псевдозавров лениво копошилась на речной отмели во влажной глине. Ахаб с удивлением понял, что завидует им. Это было бы просто замечательно - перестать беспокоиться о своем месте, о своей роли в этом мире, сохранить только древнее ядро своей личности, существующее вне времени и не осознающее ничего, кроме потребности в пище и воде…

Это было бы его единственным спасением, будь он в состоянии сделать подобное. Но как раз этого он и не мог… Ахаб поморщился. Надвигающийся хаос пока еще скрывался далеко за горизонтом. Но неясные темные тени, чем-то напоминавшие фрактальные изображения, уже клубились над линией горизонта. Странный рой черных точек извивался между ними. Сначала Ахаб подумал, что это беспорядочно кружатся захваченные вихрем птицы; прищурившись и приложив руку козырьком ко лбу, он разглядел, что танцующее в воздухе облако было не чем иным, как множеством гигантских, высотой более сотни метров, деревьев, подобных тем, что окружали замок. Невероятная сила вырвала их с корнями и взметнула высоко в небо.

Еще нельзя было увидеть саму мурену, но уже давало знать о себе ее смертоносное дыхание, опережавшее чудовище на несколько дней.