– Эта планета нам неизвестна. Не могли бы вы дать нам более подробную информацию о ней?

– Конечно, хотя мои знания о ее местонахождении ограниченны. Я провела на борту "Склоры" почти два месяца. Одна. В какой-то момент двигатели вдруг взорвались. Когда горючее вытекло, "Склора" продолжала движение по своему последнему вектору.

– Стало быть, вы не знаете, где находится Хайла?

– Я не знаю, где мы находимся сейчас.

– Джим, проклятие, ты разве не понимаешь, что ей довелось испытать? Прекрати ее допрашивать, будто она шпионка. Мне нужно провести полное биосканирование ее организма.

– Не волнуйтесь, доктор, я относительно здорова, уверяю вас. Моя жизнь вне опасности. – Она снова обратила взор к Кирку.

– У вас есть имя? – спросил капитан. – Называть вас оратором.., как-то не совсем...

– Но ведь ваши друзья называют вас капитаном, – лучезарно улыбнулась она. – У нас нет имен вроде Маккой, Спок или Кирк.

– Значит, будем называть вас оратор.

Она одарила его еще одной улыбкой, в лучах которой Кирк едва не растаял.

– Зовите меня Лорелея.

Глава 2

Бортовой журнал капитана.

Звездная дата 4801,4:

"До сих пор полет проходил без особых происшествий, за исключением спасения Лорелеи, оратора планеты Хайла. Спок тщательно исследовал банк нашего компьютера, но не обнаружил информации о существовании такой планеты. Маккой, однако, утверждает, что биомодели организма Лорелеи приблизительно соответствуют земным нормам. Имеющиеся отличия не мешают ей дышать атмосферной смесью на борту "Энтерпрайза" или питаться нашей пищей. Она поразительная женщина – умная, хороша собой и обладает каким-то не поддающимся определению качеством, которое я нахожу неотразимым".

Дуга огромных голубых искр с громким треском метнулась от панели управления к терминалам двигателей искривления. На ее пути оказался один из техников. Не успели его истошные вопли смениться тихим постаныванием, как по машинному отделению распространился запах горелой плоти.