Тэлли едва смела дышать. Она застыла, упираясь в землю коленкой и перепачканной в грязи рукой. Надзиратель пока ее не заметил. Если выждать подольше, может быть, он уйдет.

Тэлли ждала, замерев в неподвижности. Тянулись бесконечные минуты. Силуэт не исчезал. Видимо, надзиратели хорошо знали, что сады — единственное место, где можно проникнуть в Нью-Красотаун и где можно из него улизнуть.

Рука у Тэлли начала дрожать. Мышцы протестовали из-за того, что им столько времени не позволяли пошевелиться. Но Тэлли боялась перенести вес на другую руку. Треск одного-единственного сучка мог бы ее выдать.

Она совсем застыла. Мышцы от напряжения разболелись. Может быть, «надзиратель» — всего-навсего обман зрения? Может быть, у нее просто разыгралось воображение?

Тэлли заморгала, надеясь, что темная фигура исчезнет.

Но она не исчезала. Яркие огни на берегу четко очерчивали силуэт.

Под коленом у Тэлли хрустнул сучок. Уставшие мышцы все-таки подвели ее. А фигура и не подумала пошевелиться. Но ведь он (или она) наверняка услышал хруст…

Надзиратель проявлял доброту — ждал, что она сама сдастся. Иногда учителя в школе так поступали. Тебя заставляли осознать, что деваться тебе некуда, и ты сознавался во всем.

Тэлли кашлянула. Тихо и жалобно.

— Мне очень жаль… — промямлила она.

«Надзиратель» вздохнул.

— Ой, фу. Эй, все нормально. Я, наверное, тебя тоже напугала.

Незнакомая девочка наклонилась к земле и, помахав руками, скривилась. Похоже, она и сама устала так долго стоять неподвижно. Свет упал на ее лицо.

Она тоже была уродка.

Ее звали Шэй. Длинные темные волосы, затянутые в хвостики. Слишком широко расставленные глаза. Довольно пухлые губы. Очень стройная — даже стройнее юной красотки. Она явилась в Нью-Красотаун на собственную вылазку и уже час пряталась здесь, у реки.