За три года дела кооператива не сдвинулись с места. Кит не занимался развитием производства, но тем не менее денег на общак наколотил немало. Он оказался настоящим скупердяем, потому казна не пустовала. Этим и воспользовался Семен. К одной черной «Волге» он добавил еще три, а под себя взял «трехсотый» «Мерседес». Машины – это та же одежка, по которой встречают братву. И несолидно подъезжать на разборку на каких-то ведрах с болтами. А «Волга», что ни говори, смотрится солидно, особенно если она почти новая. Про «Мерседес» и говорить нечего…

– Мы теперь с этого рынка реально намолотим, – раскинув руки по спинке дивана, сказал Семен.

Устал он очень, но настроение отличное. Сейчас бы в баньку, но лучше обождать немного. Завтра воскресенье, рабочий для рынка день. Ивановские, возможно, попытаются взять реванш, поэтому нужно держать себя в форме. Лучше завтра вечером гульнуть, чтобы похмелье на понедельник выпало… А еще лучше совсем похерить это дело. В бригаде сухой закон, и нехорошо выпивать самому, когда другим этого делать нельзя.

– Намолотим, – кивнул Харитон. – Место там конкретное, торгаши платить приучены… Плохо, что ездить далеко.

– Что, предлагаешь штаб-квартиру там, на рынке, поставить? – спросил Семен.

– Ну, неплохо было бы… Я там кафе возле завода видел…

– Может, лучше на самом заводе штаб-квартиру поставить?

– Не, я серьезно…

– И я серьезно. Здание там красивое.

Главное здание электромеханического завода действительно впечатляло. Высокое – этажей двадцать, из стекла и бетона, похоже на американский небоскреб. И что самое важное, место там людное. Станция метро, перекресток двух шоссе. Если в этом здании открыть магазин, с покупателями проблем не будет.

– А что? Там продукцию для оборонки выпускают. А какая сейчас оборонка? Союза нет, кому все это нужно, непонятно. Надо бы пробить ситуацию на этом заводе, может, мы у них часть здания арендуем. А что? Цех там швейный открыть можно. Тепло, светло и комары не кусают. И рынок рядом…