— Я все равно доберусь до тебя, сявка, журналюшка, я все равно доберусь, — хрипел парень, пока Виктор выводил его к двери. — Сдохнешь, сука, как она умерла, сдохнешь! Сдохнешь!

Виктор резкими движениями вытолкал упирающегося парня из кабинета, и сразу же, после того как они вышли, ко мне влетела Маринка.

— Ты цела? — задыхаясь от волнения, крикнула она, обшаривая глазами и меня, и беспорядок на столе и под столом. — Ух, ты! Вот это да!

Я кивнула и почувствовала, что у меня началась нервная дрожь. Крики парня затихали вдали.

В кабинет вошли взволнованные Сергей Иванович и Ромка.

— Все нормально, Ольга Юрьевна? — спросил Сергей Иванович, и я ему кивнула, стараясь изо всех сил сдержаться и не расплакаться.

— Что нормально? Что нормально? — накинулась на них обоих Маринка. — Не видите, что ли, она в шоке?! С ней сейчас истерика случится, и она…

— Тс-с! — сказала я, приложив палец к губам.

Я вовсе не собиралась пошутить, просто поняла, что из всех возможных звуков только это «тс-с» у меня получится достаточно похоже на себя.

— Что? — громко переспросила у меня Маринка и, повернувшись, крикнула присутствующим:

— Всем молчать! Она и так переволновалась, дальше некуда!

Хотя, кроме Маринки, никто и не разговаривал, но Сергей Иванович и Ромка поняли, что лучше не спорить, а то вместо одной близкой к истерике дамы они запросто могут получить двух, а это уже многовато даже для таких испытанных кадров, как наши замечательные сотрудники.

Сергей Иванович, оценив обстановку, вышел, а Ромка, как юноша менее умудренный в житейских проблемах, затормозился и на свою беду проявил заботу:

— Может быть, нужно «Скорую» вызвать?

Тут и прорвало, да, слава богу, не меня, а Маринку. Она, как не скажу какое мифологическое существо, бросилась на Ромку.

— Себе вызывай «Скорую», недоумок малолетний! — рявкнула она. — Сказано тебе: иди кофе ставь, значит, ставь, да смотри не ошибись в количестве!