Здесь было о чем подумать, и потому Стимс заехал в бар и выпил несколько кружек пива. Но поскольку он не был интеллектуалом по натуре, напряженная работа мысли всегда вызывала у него головную боль. Посоветоваться с кем-нибудь он тоже не мог, никто не поверил бы его рассказу.

- Я не виноват, - бормотал Стимс, глядя в пивную кружку, - не виноват, и точка. Да разве Сьюзи мне поверит? Придется считать, что ее матушку я сегодня не видел. Не видел, и дело с концом.

На мрачные раздумья ушло довольно много времени, и когда Стимс снова выехал на людную улицу, было около девяти часов вечера. В половине десятого он остановился перед красным светофором на Эверс-авеню. Кто-то без спроса открыл заднюю дверцу и влез в такси.

- Эй, какого черта? Я не беру пассажиров.

В ответ к его спине прикоснулось что-то холодное и твердое, и зловещий голос прошептал:

- Давай двигай, парень. Не вздумай визжать или оглядываться.

Красный свет сменился зеленым, и в тот же миг Стимс услышал крики "Ограбили! Держи их!" Ему приходилось выжимать скорость, потому что холодный металл не отрывался от спины, да и сам он не испытывал ни малейшего желания оказаться в гуще перестрелки. Наконец, покрыв приличное расстояние, он осмелился спросить:

- Куда везти-то?

Ответа не последовало. Замедлив ход, Стимс оглянулся. В машине никого не было. Открыв заднюю дверь, Стимс увидел на оленьей коже:

пистолет, серебряный соусник, семнадцать пар часов и

тридцать четыре золотых кольца. Напуганный еще более,

водитель снова сел за руль и поехал к дому. Оставив

машину во дворе, он едва добрался до двери своей квартиры.

Утром Стимса разбудил телефонный звонок. Сняв трубку, он услышал, как Сьюзи, всхлипывая, старается объяснить ему все сразу: мать не вернулась домой, и не позвонила, и на улице страшный дождь, и...