Жиль Хабибула вопросительно посмотрел на меня, затем вновь занялся едой.

— Эти рудокопы располагали мощными атомными бурами. Они углубились в твердые сплавы, и некоторые из них нашли глубокие карманы с платиной и золотом. Потом сюда прибыли космические торговцы. Даже те, кто не добывал руду, а продавал воду, сколотили состояние. Они-то и построили станцию. Маленький метрополис.

Жиль Хабибула оторвался от еды. Он сидел, глядя на меня, с болезненной бледностью на круглом детском лице и тусклым сиянием в глазах цвета ржавчины.

— Вот как? — прошептала Лилит. — И…

— Они построили индустриальный комплекс на Магнетите. Так они назвали самый большой железный астероид — порт погрузки руды. Огромную атомную плавильню. Магазины для продажи и ремонта шахтных механизмов. Лазерофонный центр для связи со всеми рудниками и с обитаемыми планетами. Затем случилось неожиданное…

— Что? — Жиль Хабибула произнес это невнятно, рот у него был полон. — Как?

— Лазерные лучи перестали доходить. Связь между астероидами оказалась прерванной. К посадочной площадке возле плавильни как раз приближался танкер с кислородом. Экипаж сообщил, что астероид покраснел, замерцал и исчез.

Жиль Хабибула съежился, поперхнувшись бульоном. Бульон разлился по столу и стал капать на его колени.

— На этом разработки прекратились, — сказал я. — Половина людей и почти вся колония исчезли. Уцелевшие разбежались. Даже этот астероид был покинут, пока здесь не появился Легион. Командор Кен Стар установил бакен.

— Я знаю Кена Стара. — На круглом лице Жиля Хабибулы появилась розовая улыбка. — Это младший сын Джона. Помню, как много лет назад он приносил мне игрушки для починки. Я тогда нес службу в Пурпурном Холле на Фобосе. У меня мурашки бегут по коже, когда я думаю, что Кен находится в этой жуткой Аномалии и сражается с враждебной машиной. Я люблю Кена Стара.