Старый Хабибула вдруг испуганно завопил, рука его соскользнула со скобы. Конвульсивно вцепившись в ткань огненно-желтого свитера, он полетел сквозь тусклую пещеру, кружась, как живой спутник, вокруг находящейся в отдалении серебряной сферы резервуара с ракетным топливом.

- Помогите ему, капитан! - воскликнула девушка. - Он не привык к враждебным машинам.

Я включил ракету, настиг его и подтащил к тросу. Кожа его была мертвенно-бледной, и он дрожал всем телом. Он судорожно вцепился в скобу.

- Не говорите о таких машинах! - Голос у него был пронзительным, как трубный рев. - Но не думайте, что я испугался. Я встречал и преодолевал опасности куда более смертельные, чем любая космическая аномалия. Это просто... просто... просто... - Вцепившись в скобу, он задыхался и дрожал.

- Просто я немножко ослабел от смертельного голода и жажды. Я - несчастная морская свинка в отчаянном эксперименте. Драгоценная сыворотка Лилит вернула мне драгоценные годы, но и вернула ужасный аппетит.

- Мы и летим обедать.

Лифт поднял нас к кольцу полной гравитации. Мы вошли в пустой и темный зал кают-компании, однако Жиль Хабибула с болезненной улыбкой обнаружил, что его верные машины готовы нас обслужить. Он алчно набрал на клавиатуре компьютера наименования трех блюд.

Лилит отозвала меня в сторонку.

- Капитан, - медленно произнесла она. - Не следует ли вам заняться более важным делом? В таком случае, как сейчас, не будет ли лучше, если вы примете командование станцией?

- Я не мог сказать ей, что она и старый Хабибула представляют для меня такую же проблему, как сама Аномалия.

- Возможно, вы не понимаете, в каком отчаянном кризисе мы находимся, попытался объяснить ей я.

- Одно неправильное действие вызовет панику. Пока что мои люди занимаются делом. Кетцлер - хороший молодой офицер. Ему нужен шанс показать себя.