Леонид Словин

Не называй меня майором...

Своим бывшим коллегам - российским ментам.

Автор.

Если мы не за себя, то кто за нас? А, если мы только за себя, кто мы? И, если не сейчас, то когда?

Гилель, религиозный законоучитель,

I в. до нашей эры. Перефраз.

Звонок о начавшейся у платформы уголовной разборке поступил в дежурку в начале третьего ночи. Звонила торгашка одной из коммеских палаток с привокзальной площади. У них там работали всю ночь.

- Милиция... - Голос сорвался. - Тут страшно, что творится! Рядом со станцией...

- Что конкретно?..

Женщина уже бросила трубку.

- В машину!..

Домодедовцы запрягли быстро. И ехали тоже. Но, как водится, пригнали уже к трупу.

За опорами переходного моста снег оказался полностью вытоптан. Всюду виднелись следы крови. В стороне валялась яркая трехцветная куртка...

- Вон он!..

Менты на ходу разделились. Часть тут же оцепила место происшествия и труп, остальные устремились дальше вдоль тротуара.

Было по-ночному безлюдно. Глухой милицейский час. Тускло горели огни.

Далеко бежать не пришлось.

Метрах в пятидесяти впереди виднелись отпечатки шин.

Недавно тут стояла машина.

- Ушли!..

- Не тебя же дожидаться...

Небо ещё больше потемнело - дело шло к рассвету.

Все возвратились назад, к переходному мосту через Главные пути. К осмотру не приступали - ждали эксперта со следователем прокуратуры. Руководство. Речь шла все-таки не о краже - об убийстве...

Убитый - корпусной, полнотелый мужчина - лежал на спине . Без куртки. С короткой сильной шеи свисала золотая цепь. Сорочка на груди была разорва-на: рану пытались перевязать.

Смертельное ранение оказалось огнестрельным. Слева над соском аккурат-ное пулевой отверстие окружал серый ободок - след пороховых зерен и копоти.