— Обижаете, Док! Все свежее и чистое! Стал бы я связываться с этим падальщиком…

— Ради выгоды вы собственную мать продадите! Если мои подозрения оправдаются, отрежу вашему повару вторую ногу и поджарю на медленном огне. Догадываетесь, герр хитрец, кому ее придется съесть? Гут. Приглядывайте за этими господами и развлеките их чем-нибудь…

— Пленных накормить?

— Спятили? — не на шутку удивился хирург-монстр. — Вычищай потом их кишки. Вскоре им уже ничего не понадобится. Вы забываете, что я принимаю пациентов только с пустыми желудками. — Щелкнув холеными пальцами, Крамп, окруженный свитой мрачных санитаров, удалился.

Капрал Браун побледнел и глухо пробормотал:

— Нам конец…

— Выше нос, — шепнул я. — У вашего полковника есть стратолеты, оснащенные феромоновыми датчиками?

— Есть, — всхлипнул капрал. — Только маловероятно, что ради нас он поднимет их в воздух. У нас не хватает горючего…

— Как сказать. Если не ради нас, то ради ракет он точно поднимет свой зад…

Полчаса нас мучили водными процедурами — смывали грязь с помощью пожарного шланга. Вошедший в камеру Граз приказал сковать меня наручниками и, усилив охрану, повел в святая святых базы.

Операционная оказалась не совсем такой, какой я себе ее представлял. За исключением чистых инструментов, здесь царила госпожа антисанитария. Операционный стол находился на небольшом возвышении в центре комнаты. Там в поте лица трудился Док, кромсая одного из пленных. Жертва была скована зажимами. Хирург деловито изъял из разреза печень и передал старенькому дроиду-санитару. Эта кибернетическая машина аккуратно помещала органы в жидкий азот. С жужжанием смыкались створки криобокса, а ему на смену приходил другой. Адский конвейер работал как часы, собирая обильный урожай человеческих страданий.

Док, на секунду оторвавшись от операции, бросил на меня взгляд:

— Садись, Шутник. Потерпи немного. Надеюсь, не торопишься вне очереди?