До своих «угодий» Митька добрался вполне благополучно. Он даже вина в пути не отведал, так сильно ему хотелось отомстить Федьке. В первом из трех камчадальских поселений Митька поначалу сильно удивил хозяев – ни кричать, ни драться сразу не стал. А в остальном все было как обычно: приказал вволю накормить его собак, приготовить для него самого кипрейного квасу, толкуши из ягод и вареной юколы. Потом заявил, что будет торговать, раздавать подарки и собирать долги от имени Федьки. Что такое покрученник или доверенное лицо, камчадалы понимали плохо, и Митька от имени Федора угостил их водкой. Понимание сразу улучшилось, но все равно пришлось терпеливо разъяснять бестолковым туземцам: в прошлом году ты должен был Федьке четыре соболя, а отдал только два. Раз ты два тогда не отдал, значит, теперь опять должен четыре. Справедливо? Конечно! А тебе Федька в позапрошлом году нож подарил, а ты ему лису обещал. В прошлом году не отдал, значит, теперь надо дать ему две лисы. Нет, нож обратно он не возьмет – обидеть хочешь?! Что, нету лис? Ну, тогда соболя неси… И соболя нет?! Ладно, мы ж друзья, и я тебя прощаю. Совсем прощаю – даже бить не буду, только Федьке не говори! Но в следующий раз отдашь ему двух соболей!

Подпоенные камчадалы рассчитались почти полностью. Правда, они попытались отказаться от «подарков», но ничего у них не получилось. Главное, никто из них не вспомнил, что вскоре предстоит платить ясак…

Ободренный таким успехом, Митька двинулся дальше. Второй камчадальский острожек был поменьше – всего две земляных юрты и десяток балаганов. Тут уж служилый церемоний разводить не стал, а сразу начал работать кулаками и палкой.