Паэль лениво протянул:

- Ну да, эволюционное предназначение человечества. Как это грустно. Однако мы тысячу лет прожили с призранами в мире согласно Раульскому Договору. Мы настолько разные, наши цели настолько несхожи - у нас не больше причин для столкновения, чем у двух видов птиц в одном саду.

Я никогда не видел ни садов, ни птиц, так что это сравнение мне ничего не говорило. Джеру наконец не выдержала:

- Вернемся к практике. Как действуют эти крепости? - Паэль не отвечал, и она рявкнула: - Академик, вы уже час находитесь за крепостным кордоном и не сделали ни одного нового наблюдения!

- Чего вы от меня ждете? - поинтересовался Паэль ядовитым тоном.

- Что заметил ты, юнга? - обратилась ко мне Джеру.

- Наши инструменты и оружие не действуют, - доложил я четко. - «Ярко» взорвался. Я сломал руку.

- А Тилл сломал шею, - дополнила Джеру и пошевелила пальцами в перчатке. - Делаем вывод: наши кости стали более хрупкими. Что еще?

Я пожал плечами.

- Мне становится жарковато, - признался Паэль.

- Эти изменения в организме могут оказаться существенными? - спросила Джеру.

- Не вижу связи.

- Так найдите ее.

- У меня нет приборов.

Джеру свалила ему на колени запасной набор - оружие, маяки.

- У вас есть глаза, руки и интеллект. Импровизируйте. - Она обернулась ко мне. - А мы с тобой, юнга, займемся сбором информации. Нам еще нужно придумать, как выбраться отсюда.

Я с сомнением покосился на Паэля:

- А здесь кто останется? Джеру кивнула:

- Понимаю, но нас всего трое. - Она крепко сжала плечо Паэля. - Не зевайте здесь, академик. Мы вернемся той же дорогой, какой уходим. Чтобы вы знали, что это мы. Ясно?

Паэль, не глядя, стряхнул ее руку с плеча. Он рассматривал лежащие у него на коленях штуковины.

Я очень сомневался, что он заметит, даже если вокруг соберется целый полк призраков. Но Джеру была права: ничего другого нам не оставалось.