Взор выпуклых светло-голубых глаз был каким-то бездонным, напряженным и странно пронизывающим. Неожиданно Джона охватило чувство неловкости. Черт бы побрал эту старуху! Ладно, можешь таращиться, сколько хочешь. Давай поиграем в гляделки. Выдохнув облачко сигаретного дыма, он улыбнулся, надеясь, что улыбка получилась оскорбительной. Но женщина, казалось, этого не заметила и продолжала, не отрываясь, смотреть ему прямо в глаза. Наконец, Джон не выдержал, отвернулся и, погасив сигарету, подозвал официанта и попросил счет. Он расплатился и, вертя в руках сдачу, поболтал с официантом о достоинствах местной кухни. Хотя самообладание и вернулось к нему, он ощущал какое-то покалывание кожи головы и странное беспокойство. Официант ушел. Опять все стало тихо.

Джон посмотрел на часы и решил, что Лора пропадает черт знает сколько времени. По крайней мере, минут десять, ну что ж, еще одна тема для подшучивания. Вот, например, так: старая вешалка раздевается до исподнего и предлагает Лоре последовать ее примеру. Внезапно к ним врывается управляющий и в ужасе вопит об ущербе, причиненном репутации ресторана, намекает на неприятные последствия, если только... Вся история оказывается мошенничеством и шантажом. Его, Лору и близнецов, увозят на полицейском катере в Венецию для допроса. Прошло уже четверть часа... Что бы еще придумать?

Послышался звук шагов по гравию. Мимо него медленно прошла сестра-близнец. Одна. Она вернулась к столику и остановилась, загородив другую сестру своей высокой угловатой фигурой. Что-то сказала, но Джон не расслышал слов. Какой это акцент? Похоже, шотландский? Потом, нагнувшись, помогла сидящей встать, и они направились через сад к проходу, сделанному в низкой изгороди. Женщина, смотревшая на Джона, опиралась на руку сестры. Теперь стала заметна разница между ними. Эта была не так высока ростом и больше горбилась, возможно из-за артрита. Женщины исчезли, а Джон, начиная беспокоиться, поднялся и уже направился было к гостинице, когда появилась Лора.