Исследователи осторожно положили яйца в плоском углублении с южной стороны куполовидной базы. Из круглых иллюминаторов их было хорошо видно, тем более, что они отличались от бурого крупнозернистого песка лунной поверхности своим желтоватым цветом. Солнце почти спряталось за горами, и от базы вытянулась длинная тень. Она постепенно достигала горизонта, который уже сливался с черным бархатом неба.
Полищук и Гарисон, сняв громоздкие космические костюмы, сидели за столом около иллюминаторов. Они наслаждались отдыхом, пили горячий чай, особенно вкусный после изнурительной работы.
Гарисон говорил:
- Ты знаешь, это просто смешно. Как яйца могли попасть на Луну? Ведь здесь нет даже намека на жизнь. Ни в какой форме. И ранее проведенные исследования, и наши с тобой пробы показали, что Луна мертва... И вдруг - яйца! Ни малейшего живого следа вообще, а яйца - это продукт жизни высокоорганизованных существ. Нет, это вне моего понимания, Борис!
Полищук отставил стакан и насмешливо спросил:
- Космические птицы?..
Гарисон нетерпеливо отмахнулся:
- Ну чего ты ко мне пристал? Ведь знаешь, что я пошутил, предположим даже, что пошутил неудачно. И довольно об этом. Лучше потешь меня умной догадкой. Например... А, к черту, какие уж тут могут быть догадки!
- Одна у меня все же есть, - нарочито небрежно бросил Полищук, снова берясь за стакан.
- Ну так говори же, не медли! - оживился Гарисон.
- Видишь ли, есть такая гипотеза о происхождении Луны. Одна из многих, но мне она кажется убедительной, а после нашей находки - и подавно... Да ты и сам знаешь ее.
- Не понимаю, что ты имеешь в виду?
- Гипотезу, по которой Луна когда-то, в древние времена, оторвался от Земли. Отсюда и океанические впадины на нашей старушке. Огромный кусок Земли оторвался, затем в космическом пространстве приобрел форму шара, вполне естественную при таких условиях, и начал обращаться по орбите спутника.