Это была колоссальная уступка от сплошь покрытой копо­тью эльфийки. Ситуация становилась все лучше и лучше, но солнце еще не взошло, а Тритон была готова разорвать нас на части. Вряд ли Кери сможет еще долго удержать концентрацию против мастера-демона. И мне приходилось верить, что у де­монов есть способы справиться с этим представителем соб­ственного вида — иначе они бы уже были мертвы. Если способ зовется Миниас и выдает себя за ее фамилиара, значит, так это и делается.

— Быстрее, — шепнула Кери. По лицу ее лил пот. — Ты наверняка появишься как незарегистрированный пользователь, но если только она снова его не прокляла, то он ее ищет и отве­тит нам.

Незарегистрированный? Я обнизала губы, закрыла глаза. Я уже была соединена с линией, так что мне осталось лишь произнес­ти проклятие и подумать его имя. Matertintinnabulum, Minias— подумала я, не ожидая на самом деле ответа.

Я резко и глубоко вдохнула, ощутила, как сжали мое запяс­тье пальцы Кери, удерживая руку в круге. Выброс безвременья вырвался из меня, окрашенный цветом моей ауры. Я ощутила его выход, как вылет плещущей крыльями птицы, и очень ста­ралась сдержать себя в руках, увидев в воображении, как он вылетает, унося с собой какой-то кусок меня самой.

—     Я не дам это у меня украсть! — заорала Тритон. — Оно мое! Верните мне!

—     Соберись, — шепнула Кери, и я ушла в себя, ощущая, как освобожденный кусок звенит колоколом в целостности без­временья. И как звон колокола, он привлек к себе ответ.

Я несколько занят, — дошла раздраженная мысль. — Оставь­те ваше сообщение на этой проклятой земной линии, и я с вами свяжусь.

Меня передернуло от ощущения чужой мысли, звучащей в моем мозгу, но Кери не дала мне двинуть рукой. В Миниасе ощущался фоном шум тревоги, вины, переживания. Но от меня он отмахнулся как от телемаркетера и готов был прервать связь.