Во-вторых, нововведения затронули базовые политические структуры самых передовых капиталистических стран. Авторитаризм уступил место демократизации. Люди включились в фиктивные выборные процедуры, информационные игры и разнообразные публичные дискуссии и референдумы. Создалась видимость диалога и участия.

В-третьих, изменения коснулись производства, где, как мы уже сказали, стирание профессиональной квалификации и уничтожение «рабочих традиций» превратило производителей в прирученных и податливых соглашателей.

Всё это происходило в соответствии с общим духом времени. Грёзы о философской твёрдости и научной точности уступили место «слабой» модели, базирующейся не на риске и смелости, но на выживании в коротком промежутке, на принципе «мы ни в чём не уверены» и «всё сгодится».

Разрушая старую и во многих отношениях отжившую модель авторитаризма, демократическая ментальность в то же время утверждала идеологию компромисса на всех возможных уровнях. В результате утвердилась мораль сдачи, когда достоинство угнетённых оказалось обменено на гарантированное, хотя и не очень уютное, выживание. Битва ослабла и отдалилась.

2. ПРЕПЯТСТВИЯ, ВОЗНИКШИЕ ПЕРЕД ПОВСТАНЧЕСКИМИ АНАРХИСТАМИ НА ПУТИ РАЗРУШЕНИЯ ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО КАПИТАЛИЗМА И ГОСУДАРСТВА

Несомненно, одним из препятствий в борьбе против современного капитала и государства является вышеописанная аморфная ментальность. Она несравнима со старым поиском социальной безопасности. Скорее это просто желание найти нишу, в которой можно выживать, как можно меньше работать, принять все правила системы и пренебречь идеалами и проектами, мечтами и утопиями. Лаборатории капитала провели отличную работу в этом направлении. Школа и фабрика, культура и спорт объединились, чтобы производить индивидов, прирученных во всех отношениях, неспособных ненавидеть и страдать, различать своих врагов и друзей, мечтать, бороться, атаковать власть, стремиться к изменению мира.